Уважаемые коллеги и друзья!

Этот сайт я создал для того, чтобы поделиться с Вами трудами своей научной и общественной деятельности, рассказать о себе и том чем я занимаюсь. Надеюсь информация размещенная здесь будем вам полезна.

Общественная деятельность
Америка и мы

«Сивитас» открывает Америку

В первой половине ноября 2004 года в рамках программы «Сивитас» группа российских учителей и преподавателей вузов посетила США для знакомства с работой системы образования и изучения опыта строительства гражданского общества. В рамках визита были проведены встречи с коллегами в Нью-Йорке и Вашингтоне. Остальное время участники программы провели в разных штатах и городах.

 

Пензенские участники программы (в 2004 году это был я – Г.Н.Белорыбкин и С.В.Уланова) традиционно располагаются в графстве Чарлз-каунти штата Мериленд, что под Вашингтоном. В этом году мы находились в местечке под названием Ла-Плейта. Хотел написать в селе, но не стал, так как села в нашем понимании там нет. Есть только административное здание, а жилые дома рассеяны вдоль дорог повсюду так, что один населенный пункт перетекает в другой.

 

У каждого из нас была возможность побывать на уроках в школе и даже провести их, пообщаться с сотрудниками органов управления образования, побывать на избирательных участках и собраниях общественных организаций. При этом мы работали еще и по индивидуальной программе. С.В.Уланова изучала структуру и опыт работы органов управления образования, знакомилась с работой методистов и их разработками. Для меня особый интерес представлял опыт развития краеведения и его использование в школе. Оказалось, что в Америке краеведение это бизнес, которым занимаются взрослые люди и куда лишь иногда пускают детей. У нас же в России – краеведение это массовое общественное движение, охватившее все сферы образования и культуры. При этом большую роль в этом движении играет государство. Там, где оно оказывает организационную и материальную поддержку, краеведение становится основой политики развития, там, где органы власти его не поддерживают оно становится уделом простых людей, но все равно развивается.

 

Сила краеведения в том, что оно позволяет при минимуме средств получить максимальный результат в развитии культуры и образования. И в этом плане Пензенская область имеет большой опыт и достижения. Что касается американского подхода к развитию краеведения, то он базируется либо на частных пожертвованиях богатых граждан (от Смитсона, на деньги которого существует комплекс музеев в Вашингтоне, до сельского дома врача, у которого один раз ночевал Линкольн в штате Мериленд и который содержат потомки этого врача), либо в рамках отдельных образовательных программ.

 

Наиболее ярким примером этого может служить музей города первопоселенцев Мери-сити. Здесь на большой площади построено множество муляжей домов 17 века, где расположены реплики предметов быта, украшений, оружия и т.п. Заново отстроены церковь и суд, а у причала стоит настоящий парусный корабль – действующая копия кораблей 17 века. Главное достоинство этого музея состоит в том, что все можно трогать, брать в руку, примерять на себя, то есть почувствовать себя жителем той эпохи. С точки зрения образования это идеальная форма познания прошлого, которая пробуждает интерес к истории и что еще важнее тут же удовлетворяет этот интерес. Помимо строений повсюду стоят щиты, на которых дается пояснение всего окружающего и раскрывается история города. А в выставочном павильоне вдобавок можно увидеть подлинные предметы, но уже за стеклом и посмотреть учебно-познавательные фильмы. Здесь же можно купить так называемый «паспорт» музеев, который представляет собой блокнот с ячейками, куда можно наклеивать картинки с видами разных музеев. Причем наклейки можно купить только в самом музее.

 

Все это привлекает огромное количество детей, которые являются основными посетителями этих музеев. Вот так музей учит и прививает культуру. Этот принцип – показать и образовать, характерен не только для местных, но и для крупнейших музеев США. У них тоже есть свои особенности, которые отличают их от других музеев мира. Среди прочих можно выделить три кита, на которых, на мой взгляд, стоят музеи США – это экспозиция, кафетерий, магазин. То есть посмотрел, поел, приобрел сувенир. При этом в той или иной форме во всех музеях реализуется образовательная программа – либо это панорамы и диорамы, либо отдельные залы, где объясняют назначение предметов и учат пользоваться ими – от топора до самолета.

 

Этого явно не хватает в российских музеях. А вот чем резко выделяются наши музеи, так это богатством подлинных шедевров (в Америке очень много муляжей). С одной стороны это обусловлено богатой историей нашей страны, а с другой – наличием массового краеведческого движения. Одним из проявлений этого направления является история школы и окрестностей, а также достижения учеников. В американских школах встречается в основном последний элемент. В вестибюле школы они выставляют все школьные награды и фотографии выпускников.

 

При этом всюду висят лозунги с призывами лучше учиться и добиваться успехов. Это то, от чего в наших школах успешно избавились в годы перестройки, а американцы подобрали и активно используют. Сейчас намечается тенденция по изгнанию краеведения из российских школ, и я не удивлюсь, если потом это появится в американских школах. Тем более, что оно хорошо согласуется с основным американским принципом жизни – от каждого по способностям, каждому по труду. В американской школе учитываются все виды деятельности ученика – от учебы до общественных дел и спортивных достижений. За свои успехи ученики получают грамоты и награды, а все их победы и неудачи фиксируются каждый год в школьных аттестатах. В результате к концу учебы получается солидная папка с бумагами (портфолио), где отражена вся информация о делах ученика. От этого зависит дальнейшая карьера выпускников.

 

Именно так развивалось в России в последние годы и краеведение. Проводились различные конференции и слеты, где подводились итоги работы школьников в виде публикаций и наград, а успехи в этом деле давали преимущества для поступления в вуз. К сожалению, сейчас эта система, где наиболее органично прижился американский подход, уничтожается. Парадокс заключается в том, что американский подход в краеведении уничтожается под видом перехода к американской системе образования.

 

Однако все становится понятно, когда познакомишься с подлинной американской системой образования, а не с тем суррогатом, который внедряется у нас. У них образование является естественным продолжением устройства гражданского общества и отвечает его интересам. Сами граждане и их дети в каждом конкретном случае определяют, какая школа им необходима. У нас я что-то не помню, чтобы кто-то спрашивал, что мы хотим, а если и спросят, то все равно сделают по-своему. Все решается на верху, и любое несогласие воспринимается как антигосударственное выступление. Впрочем, подобные отношения вполне соответствуют состоянию общества.

 

В Америке – деньги в руках частных собственников, то есть большинства населения страны и государство служит им. В России – деньги в руках олигархов и государства, поэтому большинство населения страны служит им.

 

И далеко за примерами ходит не надо. Взять хотя бы ту часть американской системы образования, которая уже введена у нас – это школьные правительства. В американской школе – это огромная система, копирующая структуру гражданского общества. Школьники участвуют в принятии решений в области образования на всех уровнях – от класса до штата.

 

Нам довелось присутствовать на заседании руководства образованием округа Чарлз-каунти, где заслушивали финансовые отчеты школ, награждали лучших учеников и учителей и т.д. Справа от президиума располагаются столы для представителей школьных правительств, с которыми согласовываются все решения. Я не настолько силен в английском, чтобы все понять, но в целом складывалось ощущение, что школьники и руководство уже были знакомы с материалами, а потому вопросы носили лишь уточняющий характер и решились быстро.

 

Теперь посмотрим, что же собой представляют школьные правительства у нас. Не буду отвечать за всю Россию, но в Пензе большинство из них имеют формальный характер. И даже там, где пытаются насытить их хоть каким-то содержанием, максимум чего получают – это опыт избирательной системы и раз в году игра в управление школы. Кое-где учителя пытаются активизировать эту деятельность и учат детей основам гражданского общества, проводя с ними круглые столы и решая отдельные проблемы, но и только. Наши школьные правительства, несомненно, являются школой гражданского общества, но только наполовину, так как дальше разговоров и игр они не идут. По форме они американские, а по сути российские. Никакой реальной власти они не имеют. Потому и отношение большинства школьников к ним прохладное. Дети прекрасно понимают, что, в конечном счете, все будет решать школьная администрация. В результате вместо гражданской ответственности воспитывается гражданская безответственность.

 

Опыт внедрения школьных правительств позволяет представить и результаты внедрения других новшеств, не соответствующих состоянию общества.

 

Что касается американского общества, то взгляд изнутри позволяет понять, что у них тоже много проблем, но воспринимаются они более спокойно, чем у нас. Что меня особенно поразило, так это то, что они почти не ругаются и до безобразия законопослушны. Во многом это объясняется тем, что у них все построено на деньгах, а потому нет смысла ругаться и дорого нарушать закон. Если ты что-то сломал, то заплатишь штраф, и на эти деньги все исправят. Нарушил закон, прощай карьера и благосостояние.

 

Даже в школе это ощущается на каждом шагу. Дети ходят в чем угодно, сидят как хотят, поскольку это их законное право. Могут во время урока молча встать и пойти в туалет и т.п. Но только до определенного предела. Сиди как хочешь, но шуметь нельзя – нарушение, иди в туалет – но запиши в журнал у двери во сколько вышел и когда пришел. И обязательно возьми карточку. Попался в коридоре без карточки – нарушение. И так во всем. Достаточно 5-6 серьезных нарушений и тебя отчисляют из школы, а дальше дорога только в платную школу (14 000 долларов в год).

 

О взаимоотношениях в нашей школе я ничего упоминать не стану, они и так всем известны. Наша кола – это срез нашего общества. Общества людей с большинства из которых нечего взять. А потому остается лишь ругаться и обходить законы.

 

Общее же впечатление, которое сложилось у меня, состоит в том, что наши люди и государства очень похожи. Единственное, что нас сильно отличает – это богатый исторический опыт России, который свидетельствует, что с ним надо не бороться, а сохранять. Чем сегодня и занимается краеведческое движение. А бороться надо за светлое будущее.

 

В апреле в Пензу приедут американские учителя с ответным визитом, и тогда мы сможем узнать их мнение о нашей стране.

 

Г.Н.Белорыбкин
Д.и.н., зав. кафедрой истории древнего мира, средних веков и археологии Института истории и права ПГПУ